Заявление администрации Трампа о том, что, несмотря ни на что, будут введены 25-процентные пошлины на сталь и алюминий из Австралии, вызвало панику и тревогу в политическом истеблишменте в Канберре.
Впервые после избрания Трампа в ноябре и его инаугурации в январе между лейбористским правительством Австралии и администрацией США наметился явный раскол. В австралийских правящих кругах открыто обсуждается жизнеспособность американо-австралийского альянса.
Ситуация с Австралией не уникальна, поскольку американские тарифы приняли почти универсальный характер. Таким образом, многие другие союзники США также серьезно пострадали. Пока что непосредственный экономический ущерб для Австралии от тарифов Трампа относительно невелик: австралийский экспорт стали и алюминия в США составляет около 1 миллиарда долларов в год.
Однако это решение имеет серьезные политические последствия. Немногие империалистические державы в мире так тесно связаны с американским государством, как австралийская правящая элита. На протяжении более 80 лет США были главным геополитическим союзником Австралии. Ее собственные грабительские операции, особенно в южной части Тихого океана, базировались на альянсе и гарантиях безопасности США, закрепленными в таких документах, как договор ANZUS (Австралия-Новая Зеландия-США).
В последние годы партнерство двух стран поднялось на новую высоту, и Австралия пошла ва-банк, поддерживая наращивание военной кампании США против Китая. Это включает в себя значительное расширение базирования сил США на континенте и растущую интеграцию вооруженных сил двух стран, так что американский военно-разведывательный аппарат играет важную роль в австралийской политике.
В этих условиях отклонение просьбы Австралии о предоставлении освобождения от тарифов и способ, которым оно было сделано, явно были задуманы как сигнал о том, что ничто больше не может восприниматься как должное, и новая администрация Трампа будет действовать по-другому. Во время своего первого президентского срока Трамп предоставил Австралии такое освобождение в 2018 году.
Когда в начале февраля впервые были обнародованы планы о введении тарифов, премьер-министр Австралии Энтони Албаниз провел телефонный разговор с Трампом, в ходе которого американский лидер согласился «рассмотреть» просьбу Албаниза об освобождении от тарифов.
Албаниз и другие министры лейбористского правительства отмечали значительный профицит торгового баланса США с Австралией, прочные связи в сфере безопасности, небольшие масштабы экспорта в США и тот факт, что один из немногих австралийских производителей стали, BlueScope, также развил свою деятельность в Америке. Они обсуждали перспективы, несмотря на то, что в тот же день, когда состоялся телефонный разговор, было опубликовано объявление о тарифах, включая осуждение австралийского «демпинга» на алюминиевом рынке США.
В преддверии окончательного утверждения тарифов Албаниз попытался провести еще один телефонный разговор с Трампом, но получил отказ. Похоже, он узнал о том, что освобождения не будет, как и все остальные, во время брифинга Белого дома для американских СМИ.
Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт сообщила собравшейся прессе, что Трамп «рассмотрел» просьбу Албаниза и «отклонил ее. Освобождений не будет». В политическом эквиваленте показа среднего пальца она добавила: «Американская сталь — прежде всего. И если они хотят, чтобы им дали освобождение, им следует подумать о переносе производства стали сюда».
Албаниз уже несколько недель обещает работать с Трампом как можно теснее, прежде всего в противостоянии с Китаем. Он воздерживался от критики фашистского американского лидера по любому вопросу, включая его вопиюще незаконные заявления о необходимости этнической чистки Газы, захвате Канады и Гренландии, а также широкомасштабные посягательства его администрации на демократические права населения США.
Однако в данном случае у Албаниза явно не было выбора. Он назвал тарифы «совершенно неоправданными» и «недружественным актом». По его словам, они «противоречат духу прочной дружбы между нашими странами и в корне противоречат выгодам нашего экономического партнерства, которое длится уже более 70 лет».
Албаниз исключил, что Австралия примет ответные меры. В крайне националистическом и патетическом тоне он призвал граждан покупать австралийские, а не американские напитки при следующем посещении супермаркета.
Сдержанный ответ явно выражает опасения по поводу возможного раскола с Трампом, если реакция Австралии будет более жесткой. Как это часто бывает, менее значимые представители правительства были уполномочены сделать более резкие сообщения. В итоге министр промышленности Эд Хусик обвинил Трампа в совершении «собачьего поступка».
Самым непосредственным следствием отказа США является то, что вопросы внешней политики и отношений с администрацией Трампа теперь стали темой, которую невозможно будет избежать в ходе предвыборной кампании. Лейбористы вместе с оппозиционной либерально-национальной коалицией намеревались уклониться от этого в ходе официальной кампании. В связи с предстоящими в мае выборами обе партии находятся в серьезном кризисе, и ни одна из них, скорее всего, не сможет сформировать правительство большинства.
Они надеялись исключить из публичных дискуссий вопросы внешней политики, поскольку их политика, включая поддержку американо-израильского геноцида палестинцев в Газе и масштабное увеличение военных расходов, крайне непопулярна. Более того, ни одна из сторон не смогла сформулировать какой-либо внятный ответ на дестабилизирующие последствия программы Трампа «Америка превыше всего», за исключением обещания быть как можно ближе к президенту США.
Лидер оппозиционной коалиции Питер Даттон попытался извлечь политический капитал из отказа США, обвинив Албаниза в «слабости» по отношению к Трампу и осудив его неспособность добиться личной встречи с президентом США. Даттон утверждает, что он смог бы добиться освобождения от тарифов, но, как отмечали различные комментаторы в СМИ, буквально ни один мировой лидер не добился такого успеха.
Несколько запутанная и взбудораженная политическая борьба является лишь поверхностным отражением гораздо более глубоких течений, которые поднимают перед австралийским империализмом и его представителями экзистенциальные вопросы. Поскольку их действия полностью основывались на стабильности и кажущемся постоянстве американо-австралийского альянса, у правящего класса возникает ощущение, что почва уходит из-под ног. Вопрос о том, может ли австралийский правящий класс полагаться на Вашингтон, как это было на протяжении десятилетий, стал темой широкого обсуждения.
Международный редактор газеты Sydney Morning Herald (SMH) Питер Хартчер в своей статье подытожил эти настроения. Хартчер, антикитайский ястреб, имеющий тесные связи с военно-разведывательными структурами как Австралии, так и США, был преданным сторонником союза с Америкой, но, судя по всему, поменял свою позицию. Австралия, пишет он, «должна пересмотреть свои отношения с США».
Хартчер добавил: «Трамп своевременно напомнил Австралии о совете британского премьер-министра XIX века лорда Пальмерстона: у наций нет постоянных друзей, есть только постоянные интересы». Затем он заявил, что геополитические маневры Трампа, включая отказ от прокси-войны против России на Украине, зашли дальше афоризма Пальмерстона, указывая на то, что у США, возможно, нет даже постоянных интересов.
Особую обеспокоенность вызывает пакт AUKUS с США и Великобританией. Это, по сути, штаб для планирования войны с Китаем и масштабной милитаризации всего Индо-Тихоокеанского региона, включая Австралию.
В рамках AUKUS Австралия обязалась приобрести атомные подводные лодки у США, а затем совместно с Великобританией построить еще несколько подлодок. Все это должно обойтись Австралии в 368 миллиардов [австралийских] долларов. В рамках соглашения Австралия согласилась профинансировать судостроительную промышленность США на сумму 3 миллиарда долларов. Министр обороны Ричард Марльз направил США 500 миллионов долларов в качестве первого взноса всего за несколько недель до введения тарифов.
В комментарии SMH адмирал Крис Барри, бывший глава австралийских вооруженных сил, заявил, что США стали «ненадежным союзником».
Барри напомнил, что перед началом Первой мировой войны Британия приняла заказ Османской империи на производство линкоров-дредноутов, а затем «национализировала» их, когда началась война. США способны сделать то же самое. «Для нас важно разработать план “Б”, поскольку существует реальная возможность того, что США никогда не передадут нам подводные лодки, потому что они понадобятся им самим», — заявил он.
Проблема выходит за рамки пакта AUKUS. Будучи империалистической державой среднего уровня, австралийское государство всегда отстаивало свои собственные интересы под эгидой доминирующей державы определенного периода. Сначала это была Британия, а затем, на фоне ее упадка, лейбористское правительство в 1941 году, во время Второй мировой войны, перешло на сторону Вашингтона.
Однако сейчас, когда альянс с США начал шататься, очевидной замены ему нет. Британия, каковы бы ни были ее устремления, в экономическом и военном отношении неспособна играть доминирующую роль в мире. Европейские державы, такие как Германия и Франция, несмотря на быструю ремилитаризацию и продвижение своих интересов, в том числе в противовес Трампу, имеют очень незначительное присутствие в Индо-Тихоокеанском регионе.
Исходя из всей своей истории и положения в мировой экономике, Китай, несмотря на его впечатляющий экономический рост, не является империалистической державой. Он не имеет контроля над империалистическими институтами финансового капитала, в которых по-прежнему доминируют США и, в меньшей степени, Европа.
В дополнение к стратегической неопределенности экономика Австралии чрезвычайно уязвима перед глобальными потрясениями. После десятилетий разрушения промышленности экономика Австралии в значительной степени зависит от добывающей отрасли и сферы услуг. В 2023 году около 32% всего австралийского экспорта приходилось на Китай. Но Китай является главной мишенью торговой войны США, что повышает вероятность снижения спроса. С другой стороны, США являются крупнейшим источником прямых иностранных инвестиций в Австралию, — на долю США приходится примерно четверть от их общего объема.
Происходящие геополитические и экономические потрясения неизбежно повлияют на экономические и торговые отношения. Противоречие между торговой зависимостью Австралии от Китая и ее приверженностью Вашингтону в противостоянии с Пекином будет только обостряться. Интеграция Австралии в эти военные планы, включая размещение ударных средств США на континенте, продвинулась настолько далеко, что может стать необратимой.
У правящей элиты и ее политических представителей нет четкого ответа на фундаментальные дилеммы, с которыми они сталкиваются. Но у них есть программа. Обсуждение альянса с США включало в себя настойчивые заявления финансовой прессы о том, что неопределенность требует масштабного «повышения производительности», то есть усиления эксплуатации рабочего класса, а также «исправления бюджета» путем радикального сокращения социальных расходов. В то же время они настаивают на том, что в сложившейся ситуации военные расходы, которые и без того находятся на рекордном уровне, должны быть увеличены на десятки, если не на сотни миллиардов долларов.