25 лет назад: В США взрыв на шахте в штате Алабама унёс жизни 13 рабочих

23 сентября 2001 года в результате двух взрывов газа на шахте «Джим Уолтер Ресорсиз Инк.» (Jim Walter Resources, JWR) No. 5 в Бруквуде (штат Алабама) погибли 13 шахтёров. Все погибшие были членами профсоюзной организации «Объединённые горняки Америки» (United Mine Workers of America, UMWA) подразделения 2368.

Инцидент начался с обвала, в результате которого по всей шахте произошёл выброс газообразного метана. Затем зарядное устройство ударилось о скалу, что вызвало искру, от которой воспламенился взрывоопасный газ, и 56-летний шахтёр Гастон Адамс-младший оказался в ловушке. Его коллеги героически спустились в шахту, чтобы спасти его, но 45 минут спустя в шахте прогремел гораздо более мощный взрыв, в результате которого погибли все присутствующие. Второй взрыв поразил оборудование на расстоянии до 6000 футов (1800 метров) и вызвал повышение температуры до 2500 градусов по Фаренгейту (1370 градусов по Цельсию), распространяясь по шахтным туннелям со скоростью около 900 футов в секунду (270 м/с). Спасателям пришлось затопить участки шахты, чтобы потушить пожары, что сделало невозможным извлечение тел, застрявших на глубине полумили (800 метров) под землей.

Это катастрофа в горнодобывающей промышленности США стала самой крупной с декабря 1984 года, когда на шахте «Уилберг» в штате Юта погибли 27 рабочих.

Катастрофа на шахте, принадлежащей компании Jim Walter Resources, Inc., имела все признаки халатного отношения руководства. Несмотря на то, что в первой половине 2001 года компания получила чистую прибыль, превышающую 20 миллионов долларов, руководство отказалось внедрять комплексные системы безопасности, разрабатывать планы защиты и проводить проверки, необходимые для обеспечения безопасности работников.

Следователи отметили, что руководство не провело перед началом работ и во время смены всестороннего обследования детекторов метана и оборудования контроля функциональности вентиляции. Также не было выявлено наличие надлежащих планов удаления пыли с горных пород, а также планов пожаротушения или эвакуации. Подземные кровли шахты не имели несущих конструкций, в отношении которых не проводилось техническое обслуживание или проверка на безопасность, чтобы предотвратить первоначальное их обрушение. В шахтном оборудовании также отсутствовали взрывозащищенные предохранительные механизмы обесточивания.

В местной газете цитировались слова шахтёров о том, что руководство компании игнорировало повышение в шахте уровня метана. Ширли Хайч, проработавшая 20 лет на шахте № 5, сказала, что за последнее время произошло три случая возгорания, когда метан вспыхивал и взрывался «как маленькая бомба», но «они не слушали. Они ничего не делали».

Данные по безопасности на шахте фиксировали многочисленные нарушения, штрафы, травмы и смертельные случаи. Ранее на шахте были случаи со смертельным исходом как в шахте № 5 (1995), так и в № 4 (1995, 1996, 1999, 2001). По данным федерального Управления по охране труда и технике безопасности в горнодобывающей промышленности (Mine Safety and Health Administration, MSHA), в предыдущем году число серьёзных травм на предприятии вдвое превышало средний показатель по отрасли. С 1995 года компания выплатила почти 600 тысяч долларов в виде штрафов за нарушения правил техники безопасности. К тому моменту в 2001 году MSHA зафиксировало 32 смертельных случая на угольных шахтах США.

За предыдущие два десятилетия политика бюрократии профсоюза горняков привела к потере десятков тысяч рабочих мест и утрате завоеваний, добытых в ходе столетней борьбы. Руководство профсоюза всецело сотрудничало с администрацией шахт, стремясь ускорить производство, а незадолго до того активно поддержало энергетическую политику Джорджа Буша-младшего, оставив шахтёров беззащитными перед лицом опасных условий труда.

50 лет назад: В Вашингтоне убит чилиец Орландо Летелье

21 сентября 1976 года бывший чилийский дипломат Орландо Летелье и его 25-летний американский коллега Ронни Моффит были убиты в Вашингтоне (округ Колумбия). Бомба была заложена под их автомобиль и взорвана на шоссе Шеридан-Сёркл, всего в полутора километрах от Белого дома. Это преступление остаётся самым жестоким актом терроризма, организованным иностранным государством на территории столицы США.

Летельер был одним из ближайших соратников президента Чили Сальвадора Альенде; в его правительстве он занимал посты министра иностранных дел и министра обороны. После того как Аугусто Пиночет пришёл к власти в результате государственного переворота, поддержанного США, Летельер оказался в числе тех, кого заключили в отдаленный концентрационный лагерь на острове Доусон, а затем вынудили отправиться в изгнание.

В Вашингтоне Летелье работал над разоблачением преступлений Пиночета и занимался популяризацией оппозиции пиночетовского режима, поддерживаемого администрацией США. Также незадолго до этого Летелье организовал международную кампанию против иностранных займов, предоставляемых хунте.

Убийство было совершено в рамках операции «Кондор» — совместной акции поддерживаемых США военных режимов Южной Америки, действовавших в координации с ЦРУ с целью выслеживания и ликвидации политических диссидентов за рубежом. Бомба была изготовлена и заложена в машину американским оперативником Майклом Таунли, работавшим на чилийскую тайную полицию (DINA). Содействие ему оказывали кубинские террористы, выступавшие против режима Кастро.

ЦРУ (возглавляемое в то время Джорджем Бушем-старшим) и администрация Джеральда Форда поддерживали тесные связи с убийцами. Глава DINA Мануэль Контрерас, отдавший приказ о покушении, был платным агентом ЦРУ. Годом ранее он посещал штаб-квартиру ведомства в Лэнгли. В июне 1976 года госсекретарь Генри Киссинджер встретился с Пиночетом в Сантьяго; в ходе беседы он пренебрежительно отозвался об оппозиционной деятельности Летельера и заверил диктатора: «Мы желаем вашему правительству всего наилучшего».

В конце августа 1976 года Государственный департамент подготовил проект дипломатической телеграммы, предписывающей послам США предупредить поддерживаемые Вашингтоном южноамериканские военные режимы о недопустимости совершения убийств за рубежом. Однако 16 сентября — за пять дней до взрыва — Киссинджер лично распорядился отозвать телеграмму и постановил «не предпринимать дальнейших действий» для предотвращения подобных покушений. Несмотря на получение разведданных о том, что агенты DINA направляются в Вашингтон по поддельным паспортам, ЦРУ под руководством Буша не предприняло никаких мер, чтобы предотвратить нападение.

После взрыва американские спецслужбы организовали кампанию по дезинформации в СМИ, чтобы отвести подозрения от хунты. Такие издания, как New York Times, Washington Post и Newsweek, опубликовали подброшенные сотрудниками разведки «утечки», в которых утверждалось, что Летельера убили левые экстремисты, желавшие создать из него «мученика». ЦРУ активно продвигало эту сфабрикованную версию, стремясь скрыть свои связи с тайной полицией Пиночета.

Попытка скрыть правду провалилась в 1978 году, когда федеральные следователи вышли на Таунли, используя след поддельных паспортов. Таунли был экстрадирован в Соединённые Штаты, где признался в организации взрыва. Лишь в 1993 году чилийский суд приговорил Контрераса и его ближайшего помощника к тюремному заключению за отдачу приказа об убийстве. В период с 1999 по 2010 год рассекреченные правительственные документы США убедительно доказали, что Киссинджер лично заблокировал предупреждающую телеграмму, а ЦРУ скрыло имевшуюся у него заранее информацию о готовящемся заговоре.

Тем не менее Таунли остался единственным американцем, осуждённым в связи с этим убийством. Никто из официальных лиц США не понёс за это преступление никакой ответственности и не столкнулся с какими-либо правовыми последствиями.

75 лет назад: В Австралии провалился антикоммунистический референдум

22 сентября 1951 года австралийские избиратели провалили референдум, который предусматривал включение в Конституцию неограниченных полномочий правительства по запрету Коммунистической партии и привлечению к уголовной ответственности любого, кого правительство называло «коммунистом». Вариант «против» рефернедума набрал 50,56% голосов по всей стране, победив в трёх наиболее промышленно развитых штатах — Новом Южном Уэльсе, Виктории и Южной Австралии. Явка избирателей в них составила 95,58%.

Этот вопрос был вынесен на голосование вследствие принятия правительством Мензиса в 1950 году «Закона о роспуске Коммунистической партии». Согласно этому документу, генерал-губернатор наделялся правом объявить любого человека «коммунистом», если он приходил к убеждению, что данное лицо «склонно к участию в деятельности, наносящей ущерб безопасности и обороне Содружества, либо препятствующей соблюдению или поддержанию Конституции или законов Содружества». Лица, причисленные к коммунистам, могли быть отстранены от работы в государственных органах и отраслях, имеющих жизненно важное значение для безопасности страны; им также запрещалось баллотироваться на выборах в профсоюзные органы, а сами профсоюзы могли быть распущены.

В марте 1951 года Высокий суд Австралии шестью голосами против одного постановил, что данный закон противоречит Конституции, поскольку Австралия формально не находилась в состоянии войны. В сентябре того же года на всенародное голосование был вынесен вопрос о внесении поправки в Конституцию. Предлагалось наделить федеральные власти полномочиями в отношении «коммунистов и коммунизма», что узаконило бы упомянутый выше акт и позволило бы принимать «любые другие законы» для «борьбы с коммунистами и коммунизмом».

Коммунистическая партия Австралии (КПА), номинально являвшаяся объектом запрета, давно превратилась в придаток советской сталинистской бюрократии, — поддержав сфабрикованные Московские процессы, пакт Гитлера-Сталина, а после 1941 года выступая в роли промышленного полицейского, объявлявшего бастующих «предателями». Но реальной целью законодательства Мензиса и референдума было подавление послевоенной волны забастовок, которая в 1950 году стоила около 2 миллионов рабочих дней. Целью закона было создание системы для заключения рабочих в тюрьму, введения «черных списков» в сфере занятости и подавления профсоюзов.

Небольшой разрыв в голосах по поводу референдума не отражал поддержки запрета со стороны рабочего класса. За семь недель до голосования опросы общественного мнения показали, что за запрет рефернедума проголосовали 73,3 процента, но поддержка резко упала, когда рабочие поняли, что право на «декларирование», не требующее доказательств или суда, может быть использовано против любого активиста. На рабочих местах и ​​в профсоюзах возникли комитеты «Голосуйте против!» Один из самых активных был в сиднейском Мортс-Доке, возглавляемый троцкистским делегатом от рабочих-металлистов Ником Ориглассом. Первые результаты из рабочих центров показали явное преимущество «против», в то время как более поздние подсчёты голосов в сельской местности склонялись к «за».

100 лет: Китайские студенты протестуют на ассамблее Лиги Наций

26 сентября 1926 года 16 китайских студентов из Парижа раздавали листовки перед Залом реформации в Женеве, где Лига Наций проводила заключительную сессию своей ассамблеи.

Эта группа назвала себя «делегацией Гоминьдана». Газета New York Times охарактеризовала участников группы как «большевиков», отметив при этом, что Гоминьдан был «врагом» официально признанного китайского правительства, базировавшегося в Пекине, — правительства, чья делегация как раз присутствовала на ассамблее Лиги Наций. Вполне возможно, что студенты были сторонниками коммунистического движения, которое к тому времени уже проникло в ряды Гоминьдана. Всего за несколько лет до этого в китайской революционной среде в Париже находились Чжоу Эньлай и Дэн Сяопин — будущие лидеры Китайской Народной Республики.

В листовке, подготовленной студентами, содержалось предостережение делегатам ассамблеи: Лига должна принять меры, чтобы предотвратить войну на Дальнем Востоке — войну, причиной которой, как утверждалось в тексте, стали действия британского империализма в Китае.

В листовке говорилось: «Каким же обманом для нас, молодых китайцев, стало осознание того, что важнейший член Лиги Наций — Великобритания — совершает и продолжает совершать жестокие, варварские нападения на нашу страну, а Лига при этом не проявляет ни малейшего беспокойства».

В листовке также содержалось осуждение действий британцев, которые 4 сентября перебросили артиллерию в центр Кантона (Гуанчжоу) — столицу националистического правительства Гоминьдана, — что являлось нарушением международного права. Студенты охарактеризовали это как «материальную и моральную агрессию», направленную на «подготовку новых британских кровавых расправ, подобных тем, что произошли в Шанхае и на острове Шамянь в 1925 году», а также на то, чтобы помешать «Северному походу» лидера Гоминьдана Чан Кайши против милитаристов, которые были известны в качестве лакеев британцев.

В листовке также говорилось о недавнем британском пиратстве во время инцидента в Ваньсяне, произошедшего 5 сентября, и провозглашалось:

«Разве это не позор, что в двадцатом веке существует такая дикость? Позор тем, кто участвовал в трусливой бойне! Позор тем, кто наблюдал за этим, скрестив руки на груди!»

«Делегаты, если Лига продолжит позволять Англии делать то, что она хочет, — если никто не вмешается в подобные дела, — она несёт ответственность за войну, которая разгорается на Дальнем Востоке. Мы и будущие поколения готовы пролить свою кровь, чтобы спасти достоинство и национальную свободу».

Эти настроения, выраженные студентами, находили всё больший отклик среди рабочих и крестьян Китая и вылились спустя несколько месяцев в рабочую революцию в Шанхае.